Магадан. К историческим истокам названия

Историческая логичность формирования топонима

Историческая логичность формирования топонима.Представляется логически не обоснованной, случайной версия возникновения топонима Монгодан на основе наличия “плавника” или “жилища из плавника” в устье современной р. Магаданка для обозначения крупного, выделяющегося в ландшафте и важного в хозяйственном, культурном и этническом отношении перешейка п-ова Старицкого, обладающего ярко выраженными географическими признаками. Последующее закрепление такого случайного названия представляется еще менее вероятным, поскольку язык эвенов, как кочевого народа, обладает богатой топографической терминологией [Новикова, 1968. С. 106], достаточной для отражения характерных черт значимых географических объектов. Плавник на берегах Тауйской губы не является чем-то примечательным при повсеместном наличии здесь леса. Само же слово монгадан, по мнению А. А. Бурыкина [1999. С. 156], редкое, ныне у эвенов почти не употребляемое, хотя и понятное им. Такое случайное, не связанное с особенностями именуемого географического объекта, возникновение топонимов характерно для интенсивно осваиваемых территорий, каковой была сфера деятельности треста “Дальстрой”. Так, значительную часть словника топонимического словаря “Там, где геологи прошли” [Щербинин, Леонтьев, 1980] составляют именно такие топонимы, например, Икар, Укразия, Шах, которые генерировались случайным образом — обычно вне связи со свойствами называемого объекта — и просто закреплялись на впервые создаваемых топографических и геологических картах при имевшейся большой потребности в наименовании многочисленных безымянных или с неизвестными первопроходцам советского периода и новому населению названиями географических объектов.

До прихода русских культура аборигенов Охотоморского побережья оставалась бесписьменной да еще и плотность населения была здесь весьма невелика, а на перешейке п-ова Старицкого вообще не было постоянных жителей. В таких условиях какой-либо признак, положенный в основу генерации топонима, должен быть настолько значимым, чтобы он обладал способностью постоянно воспроизводить топоним — как бы регенерировать его из года в год и из поколения в поколение. Слова монгодан — “морские наносы” или “плавник”; мугдэн, мугдэкэн в значении “пень” явно не относятся к таким признакам.

При этом перешеек п-ова Старицкого, как уже было отмечено, имел эвенское название Дзялбу — вероятно, со времени прихода сюда эвенов к концу XVII в. [Леонтьев, Новикова, 1989, карта к с. 22], но в 30-х гг. XX в. он попал в сферу активнейшей деятельности Дальстроя. То есть в формировании топонима Магадан априори могли проявиться две тенденции: 1) естественноисторическая и 2) в значительной мере случайная, так сказать, “колонизационная”. Какая из них возобладала, приходится разбираться еще и сейчас. Нельзя не согласиться с мнением В. А. Силантьева [1997. С. 120-123] о наличии тайны в формировании названия г. Магадан.

Рубрики

Партнеры: