Мартинус - Космические лекции

Царствие небесное, или невооружённые штаты мира

Для большинства людей понятие «Царствие Небесное» есть некая условность, не представляющая никакого практического интереса, или чистейшей воды вымысел, рождённый наивно-религиозным суеверием и не имеющий абсолютно никакой привязки к действительности. Подобное представление,невежествен — ное по самой своей природе, таит в себе скрытую опасность. Ибо человек, не признающий «Царствия Небесного» и не считающийся с Ним как с реальностью, — это человек, начисто лишённый понимания и представления о тех законах существования, которые управляют жизнью. Но жить, не имея ни малейшего представления о законах, управляющих жизнью, и не понимая их, в принципе то же самое, что жить в противоречии со смыслом жизни и жизненным счастьем, ибо в ситуации, где поведением человека руководит невежество и незнание, он только и делает, что подрывает и саботирует свою собственную жизнь или судьбу.

Примеры таких загубленных судеб мы с вами имеем в избытке. Причём это касается не только отдельных людей, но и всего человечества в целом. Разве это человечество, по большому счёту, не саботирует сегодня свою собственную судьбу? Разве все так называемые мировые культуры и цивилизации не погибли одна следом за другой в море ужаса и крови? И как, в каком виде готовит нынешнее человечество своё ближайшее будущее? — Разве его «насущной» заботой сегодня не является подготовка и доведение до совершенства своей способности саботировать жизнь? И как быть со всеми этими атомными и водородными бомбами? Разве их изготовление и производство не требует колоссального расходования рабочей силы и экономических затрат? И разве ассигнование этого смертоносного производства не означает на деле разбазаривание рабочих ресурсов, сил и здоровья миллионов людей? И не порождает ли это в людях безысходность и отсутствие веры в будущее, где по-прежнему безраздельно царствует всё тот же принцип: «В поте лица твоего будешь есть твой хлеб»? Кто может чувствовать себя в безопасности или с надеждой глядеть в завтрашний день, имея по соседству страшный арсенал водородных бомб и живя среди этого кошмара и ужаса, превращающего будущность человечества в сплошной ад? Кто может быть уверен, что он выживет в этом аду и выйдет из него целым и невредимым? И разве может подобный образ жизни, в основе которого ад и политика смерти, делающая упор на необходимость защиты и нападения, как-то в корне отличаться от животного существования? — Разве не напоминает это тактику ядовитой змеи, которая защищается тем, что нападает на врага и впрыскивает в его организм свой смертоносный яд? — Разве подобное существование не напоминает существование львов или тигров, или вообще хищников, в основе которого тот же самый принцип уничтожения жизней других существ? — Есть ли, в сущности, какая-либо разница между защитой и нападением у хищников и теми же защитой и нападением у людей, коль скоро и те и другие есть прямой саботаж самой жизни?

Если и существует между ними разница, то она лишь в том, что смертоносный талант, присущий людям, в сравнении с тем же смертоносным талантом у хищников — всё равно, что разрушительная сила землетрясения в сравнении с порывами летнего ветра. Однако разница здесь не столько в степени или в силе, сколько в том, что для хищников такой образ жизни естественен и закономерен и другим быть просто не может, тогда как для людей подобное положение дел вряд ли можно рассматривать как естественное. Уже сегодня великое множество людей не испытывают ни малейшего желания основывать свою жизнь на данном животном принципе, который находится в вопиющем противоре

чии с тем, чему учили и до сих пор учат людей мировые религии, их основоположники или мудрые мира сего. Церковь и школы неустанно внушают молодому поколению мысль о том, что нельзя убивать, калечить и разрушать, а необходимо созидать, любить ближних своих и т.д. И в то самое время, как подрастающему поколению проповедуются все эти истины, взрослые не стесняясь издают и принимают законы, по которым людей наказывают, насилуют, казнят и предают смерти, если они убивают кого-либо из сограждан или грубо попирают законы общества. Кроме того, миллионы молодых людей в принудительном порядке призываются на военную службу, где их обучают искусству разрушения и насилия — как в рукопашном бою с врагом, так и через привитие им навыков эффективного обслуживания и использования гигантских орудий смерти, А — и В — бомб, способных в считанные секунды стереть с лица земли города с миллионным населением и со всем их культурным наследием.

Мыслимо ли представить себе более грандиозный саботаж жизни, чем этот? Мыслимо ли вообразить себе более чудовищное и изощрённое нарушение наиглавнейшей заповеди жизни: «Не убий!»? Именно поэтому данная зона жизни, образуемая земным человечеством, во много раз страшнее и опаснее, чем все прочие зоны животного царства. Закон: убивать, чтобы выжить — давно уже не является условием жизни для земных людей. Но они не могут выйти из границ этой зоны, потому что привыкли считать, что защищать себя от смерти и насилия есть неотъемлемое условие жизни. Однако земная природа давно достигла той стадии своего развития, где ей вполне по силам снабжать пищей и давать пристанище человечеству, в десятки раз превышающему нынешнее. Планета предоставляет человечеству столько богатств и прекрасных возможностей для созидания счастья, что жизнь на её поверхности в любой момент может обернуться для людей истинным раем, стоит им только избавиться от того пагубного суеверия, в котором они ныне пребывают, что, мол, необходимо любой ценой защищать свою жизнь от возможного посягновения.

Из этого ясно видно, что современное состояние мировой культуры, находящейся в стадии упадка и вырождения, лучше всего отражает притча о «блудном сыне», который пал настолько низко, что ел вместе со свиньями. «Есть вместе со свиньями» — это, значит, вести скотский или животный образ жизни, это, значит, защищать себя с помощью оружия и питаться тканями организмов живых существ. Это и есть жить по образу и подобию свиней. Но мы знаем, что притча о «блудном сыне» заканчивается тем, что этот сын в конце концов отвращается от своей животной жизни и возвращается в отчий дом, где его с великой радостью встречает отец. Это возвращение и последующая жизнь в отчем доме противопоставлены тому животному существованию, которое ныне ведут люди, называя подобный образ жизни «культурой». Данное противопоставление и есть та форма жизни, которую мы называем «Царствием Небесным». Это Царство — не вымысел, не фантазия и не утопия, а самая подлинная реальность. Это то Царство, свет Которого струится к нам извне и здесь, на земле, даёт о себе знать первыми слабыми проблесками близящегося утра. Уже сегодня мы можем различить Его приход с помощью наших физических чувств при полностью разбуженном дневном сознании. Не нужно догматически и скрупулёзно отстаивать идею о том, что, мол, Царствие Небесное именно таково, как Оно представлено в библейских описаниях; это неверно, ибо в повседневной жизни Оно проступает куда ярче, ощутимей и реальней, чем в Святом Писании.

Рубрики