АБСТРАКТНОЕ И КОНКРЕТНОЕ

(от лат. abstrahere — отвлекать и concrete — срастаться) — в историко-филос. традиции А. обычно противопоставлялось К. как мысль, содержание к-рой отвлеченно, абстрагировано от К. как действительности, выступающей в чувственном созерцании в полноте и целостности своего существования. Это традиционное понимание соотношения А. и К. имеет свои основания в том, что любая мысль, любой понятийный образ действительности, каким бы совершенным и развитым он ни был, не может до конца исчерпать действительности во всей ее полноте и глубине. Поэтому содержание мысли всегда выступает как нечто А. по отношению к К. того объекта, к-рый данная мысль отражает, не совпадая с ним в то же время полностью. Однако эмпирико-сенсуалистическая, по существу концептуалистическая (Концептуализм) интерпретация А. и К., рассматривая К. как исключительную прерогативу чувственного созерцания, принижает познавательные возможности теоретического мышления и сводит А. к «абстрактно-всеобщему», как называл его Гегель, к общему представлению. Диалектическая традиция в исследовании познания отвергает сведение А. лишь к абстрактно-всеобщему в указанном выше смысле, а К. — к конкретности чувственного созерцания, полагая, что чувственно данное К. отнюдь не является пределом познавательных возможностей и что мышление, не переставая быть опосредствованным абстракциями освоением действительности, способно воспроизводить предмет в его конкретности. Эта способность к более глубокому, верному и полному пониманию в мышлении по сравнению с чувственным представлением реализуется и обеспечивается благодаря диалектике процесса развития понятийных средств, используемых мышлением. Этот процесс характеризуется в диалектической традиции исследования мышления как восхождение от А. к К., как процесс углубления и развития понятийного содержания. Категория А. характеризует при этом односторонность, неполноту воспроизведения предмета в мысли, тогда как категория К. — воспроизведение мыслью предмета по возможности в его целостности и полноте. В данном смысле представление о восхождении от А. к К. характеризует общую принципиальную направленность познавательного процесса от менее богатого, менее содержательного знания к более богатому, более содержательному мысленному знанию. Впервые концепция А. и К. как степеней развитости мысленного содержания была развита в диалектической традиции Гегелем на идеалистической основе. Учение Гегеля о конкретности понятия органически связано со всем контекстом его представлений о мышлении, к-рое понимается как спонтанная способность развития духа. Оно не заимствует свои результаты из внешнего источника, из «опыта», из «созерцания», а развивает свое собственное идеальное содержание. Это имманентное мышлению идеальное содержание возникает тогда, когда мышление делает своим предметом имеющиеся абстракции, наличные «определения мысли» и, критически осмысляя их, преодолевает их «конечность», узость, односторонность, неполноту, вырабатывая то, что Гегель называет «конкретным понятием». В конкретном понятии, схватывающем «единство в многообразии» и «многообразие в единстве», всеобщее выступает уже не как абстрактно-всеобщее, отвлеченное от особенного и единичного, а как конкретно-всеобщее, к-рое «проникает собой и заключает в себе все особенное». Это конкретное понятие является понятием разума, и его следует отличать от рассудочных определений мысли, не достойных, как полагает Гегель, имени собственно понятия и выражающих лишь абстрактную всеобщность (Рассудок и разум). При этом для Гегеля, в соответствии с его идеалистическим принципом тождества мысли и бытия, развитие мысленного содержания, построение конкретного понятия совпадало с развитием К. в объективной действительности. Категории А. и К., характеризовавшие степень развитости познавательного содержания, истолковывались при таком подходе как свойства самой реальности. (Отношение А. и К. Гегель сравнивает, напр., с отношением почки и плода, желудя и дуба.) К. Маркс, отправляясь от гегелевской традиции понимания А. и К., применяет эти категории для характеристики собственно познавательной деятельности. В «Капитале» он отказывается от идеализма Гегеля и подчеркивает, что «…метод восхождения от абстрактного к конкретному есть лишь тот способ, при помощи к-рого мышление усваивает себе конкретное, воспроизводит его как духовно-конкретное. Однако это ни в коем случае не есть процесс возникновения самого конкретного». Являясь способом связывания понятий в целостную теоретическую систему, воспроизводящую расчлененность исследуемого предмета и единство его сторон, восхождение от А. к К. предполагает в качестве своей необходимой предпосылки формирование абстракций, фиксирующих отдельные стороны предмета, своего рода восхождение от предзаданного мысли чувственно данного К. к А. В частности, характеризуя историческое развитие политэкономии, Маркс отмечал, что «экономисты XVII столетия всегда начинают с живого целого… но они всегда заканчивают тем, что путем анализа выделяют некоторые определяющие абстрактные всеобщие отношения…». И после формирования подобных абстракций политэкономия начинает «реализовать» правильный в научном отношении метод восхождения от А. к К. Диалектическая концепция А. и К. как характеристика степени развитости полноты и глубины научно-теоретической мысли, богатства ее содержания, ее приближенности к реальному предмету в общем и целом, т. обр., соответствует совр. филос.-методологическим представлениям о развертывании теоретических систем, когда исходная фундаментальная схема связи абстрактных идеализированных объектов «обрастает» более конкретным содержанием.

В. С. Швырев

Оставьте комментарий

Сохранить информацию?

Adblock
detector