Онтогенез игры

Образы предмета

Игра ребенка раннего возраста часто побуждается новизной предметов и поддерживается влиянием новых качеств предметов. Побуждающий характер новизны для манипулятивной активности ребенка раннего возраста, показанный в исследованиях, позволяет лучше понять механизм повторных и «цепных» действий. Манипулируя предметами, ребенок ставит их во все новые и новые положения и продолжает оставаться сосредоточенным до тех пор, пока не исчерпаны все возможности новизны. Ориентировочно-исследовательская активность, разворачивающаяся в рассматривании предмета, прислушивании к тем звукам, которые можно извлечь из предмета, деструктивное познание внутреннего устройства и другие разнообразные манипуляции последовательно (по цепочке) меняют структуру самого действия.

В игровых действиях ребенка с предметами можно выделить не только операциональную и культурно — познавательную сторону — знакомство с объективными свойствами и культурными значениями предметов. В игре, как подчеркивает И.Е. Берлянд, ребенок изображает предмет, создавая его и воображая. Предмет становится не только знаком (который можно присвоить), но и образом, который нужно выдумать. «Включая предмет в самые неожиданные связи, вырывая его из привычного контекста значений, ребенок совершенно по-иному — сознательно — видит этот предмет, творит его образ, не совпадающий ни с наличными физическими свойствами и качествами, ни с обобщенным представлением о предмете, ни с культурно закрепленным значением этого предмета» [8].

Естественно, что чем менее оформлен игровой материал, тем больше возможностей для преображения он открывает: точно выполненная модель шкафа очень привлекательна, но она всегда остается только шкафом, а обычная коробка может быть и шкафом, и столом, и кроваткой, и конурой. Поэтому многие дети предпочитают в игре палочки, коробки и тряпочки, а не реалистичные игрушки.

Построение нового образа предмета требует от ребенка активной работы воображения, эстетической деятельности. Здесь нет автоматизмов и редукции, сознательный компонент действия максимально развернут. Парадоксальным образом использование предметов ребенком более осознанно, чем те же действия, выполняемые взрослым. «Я убежден, — пишет Дж. Родари, — что ребенок улавливает довольно рано взаимосвязь между бытием и небытием. Иной раз вы можете застать его за таким занятием: он то зажмуривает глаза (предметы исчезают), то открывает (предметы появляются вновь); и так — терпеливо, много раз подряд. Философ, задающийся вопросом о том, что такое Бытие и Ничто… в сущности лишь возобновляет, только на более высоком уровне, ту самую детскую игру» [66]. Чтобы осознать существование предмета, надо представить себе возможность его исчезновения — небытия. Возможно, с этим феноменом связана и одна из любимых детских игр — загадочная игра в прятки, полная эмоционального напряжения и удовольствия.

Рубрики

Партнеры: