Педагогика

ПРИНЦИП ДЕТЕРМИНИЗМА (в психологии)

принцип, требующий учитывать разнокачественное влияние реальных факторов, причин на развитие психических явлений. П.д., будучи общенаучным, организует различное построение знания в конкретных науках. Это обусловлено своеобразием их предмета и исторической логикой его разработки. Применительно к психологии в развитии детерминизма, направляющего изучение и объяснение ее явлений, выделяются несколько эпох: предмеханический детерминизм, механический детерминизм, биологический детерминизм, психический детерминизм, макросоциальный детерминизм, микросоциальный детерминизм. Веками шли поиски различных схем, объясняющих психическую жизнь (она обозначалась термином «душа»). Первой вехой на этом пути стало возникшее в древнегреческой философии учение — гилозоизм. Природа представлялась в виде единого материального целого, наделенного жизнью. Гилозоизм не разделял материю органическую и неорганическую, жизнь и психику. Из этой живой праматерии произрастают все явления без вмешательства к.-л. внешних творческих сил. Душа, согласно гилозоизму, в отличие от древнего анимизма, мыслилась неотделимой от круговорота материальных стихий (воздуха, огня, потока атомов), подчиненной общим для всего космоса законам и причинам. Вершиной античного детерминизма стало учение Аристотеля. В нем душа была понята как способ организации любых живых тел. Опора на новую биологию, к-рая в, отличие от гилозоизма, открыла своеобразие живого, отделив органическое от неорганического, позволила Аристотелю переосмыслить понятие о причинности. Его важнейшим достижением стало открытие неотделимости души от живого тела как системы, имеющей целостную организацию. Аристотель мыслил живое существо иным, чем др. природные тела, считая психическое по своей сущности биологическим (формой жизни). Он считал, что психические явления зависят не только от внешних воздействий, но и от ориентации на цель. Это детерминистское воззрение может быть названо прабиологическим (по отношению к биологии Нового времени).

Научная революция XVII в. создала новую форму детерминизма — механический детерминизм. В эпоху перехода к мануфактурному производству с изобретением и использованием технических устройств схема их действия стала прообразом причинно-механической интерпретации всего сущего, включая организм и его функции. Все психологическое наследие античности — учение об ощущениях, движениях, ассоциациях, аффектах — переосмысливается сквозь призму новых предметно-логических конструктов. Их ядром послужило объяснение организма как своего рода машины, т. е. определенным образом организованной и автоматически действующей системы. Машина выступила в виде модели объяснения и человека, и природы. Первая фаза развития Д. в это время представлена психологическим учением Декарта. Он отделил душу от тела, преобразовав понятие о душе в понятие о сознании, но также отделил тело от души, объяснив его работу по типу механизма, автоматически производящего определенные эффекты: восприятие, движения, ассоциации и простейшие чувства. Восприятию (сенсорным феноменам) противопоставлялись врожденные идеи, телесным движениям (рефлексам)

волевые акты, ассоциациям — операции и продукты абстрактного мышления, простейшим эмоциям — интеллектуальные чувства. Эта дуалистическая картина расщепляла человека надвое (соответственно декартовой философии человек — это средоточие двух субстанций: непротяженной — духовной и протяженной — телесной).

Понятие об организме существенно изменилось в середине XIX в. под влиянием двух великих учений — Ч. Дарвина и К. Бернара. Жизни присуща целесообразность, неистребимая устремленность отдельных целостных организмов к самосохранению и выживанию, вопреки разрушающим воздействиям среды. Дарвин и Бер — нар объяснили эту телеологичность (целесообразность) естественными причинами. Первый — отбором и сохранением форм, случайно оказавшихся приспособленными к условиям существования. Второй — особым устройством органических тел, позволяющим заблаговременно включать механизмы, способные удержать основные биологические процессы на стабильном уровне (впоследствии физиолог У. Кеннон, соединив бернаровские идеи с дарвиновскими, дал этому явлению специальное имя — гомеостаз). Детерминация будущим, т.е. событиями, к — рые, еще не наступив, определяют происходящее с организмом в данный момент, — такова особенность биологического детерминизма в отличие от механического, не знающего др. причин, кроме предшествующих и актуально действующих. При этом, как показал Ч. Дарвин, детерминация будущим применительно к поведению индивида обусловлена историей вида. С этим была связана радикальная инновация в понимании детерминизма, к-рый отныне означал не «жесткую» однозначную зависимость следствия от причины, а вероятностную детерминацию.

Отстоять свое собственное место среди др. наук психология смогла лишь при условии открытия и изучения причинных связей и форм детерминации явлений, этим наукам неведомым и в их понятиях непостижимым. Поскольку предметом психологии инициаторы ее обособления в самостоятельную, независимую от философии и физиологии (частью к-рых она прежде считалась) науку признали сознание как совокупность процессов во внутреннем мире субъекта, то на первых порах причинное основание для этих процессов усматривалось в пределах сознания, где они будто бы и начинаются, и кончаются. Поэтому Вундт, провозгласивший психологию самостоятельной наукой, выдвинул формулу о «замкнутом причинном ряде», или, иначе говоря, о том, что одни явления сознания вызываются другими. На смену вунд — товской концепции, названной структурализмом, приходит вскормленный новыми биологическими идеями функционализм. Он сохранил прежнюю версию о сознании, но предпринял попытку придать ему роль деятельного агента в отношениях между интересами организма и возможностью их реализации. Действие, исходящее от субъекта, рассматривалось как инструмент решения проблемы, а не механический ответ на стимул. Но конечной причиной самого телесного действия оставалось все то же, не имеющее оснований ни в чем внешнем, целеустремленное сознание субъекта, на к-рое возлагалась роль посредника между организмом и средой. Функционализм, подобно структурализму, принимал в качестве предмета исследования данные в самонаблюдении феномены, т. е. чрезвычайно поздний продукт исторического развития. Объективная телеология живого, объясненная с позиций детерминизма понятиями о естественном отборе Дарвина и о гомеостазе Бернара, подменялась изначально присущей сознанию субъективной телеологией. Неудовлетворенность функционализмом вела к его распаду. Истинно психические детерминанты подобны тем,ск-рыми имеют дело др. науки. Они действуют объективно, т. е. независимо от сознания, служа постоянными регуляторами взаимоотношений между организмом и средой — природной и социальной. На рубеже XX в. было открыто, что реалии, запечатленные в психологических категориях, не только могут быть объяснены действием природных или социальных факторов, но и сами исполнены активного детерминационного влияния на жизнедеятельность организма, а у человека — на его социальные связи. Содержание категорий психологического мышления, самосознание обрели смысл особых детерминант. Система этих категорий выступила в методологическом плане как форма детерминизма, отличная от всех др. его форм. Это был психический детерминизм. С его утверждением никто не мог оспаривать достоинство психологии как самостоятельной науки. Первые крупные успехи на пути перехода от биологического детерминизма к психологическому были сопряжены с разработками категорий образа, действия, мотива. Наиболее типично это запечатлело творчество Гельмгольца, Дарвина и Сеченова.

Наряду с теориями, стержнем к-рых служило причинное объяснение психики как творения природы, сложилось направление, ориентированное на изучение ее укорененности в социальной жизни людей. В роли детерминант выступили столь же объективные, как и физические раздражители, но порождаемые не природой, а самими взаимодействующими между собой людьми, формы их социального бытия, их культуры. С переходом от механической к биологической трактовке взаимодействия живых существ с природой на передний план выступило активное начало их поведения. Однако активность свелась к адаптации, к изменению действий организма в целях выживания в наличной среде, но без создания мира культуры. Однако этот мир социален, ибо возникает в системе общественных отношений, и сущность человека не что иное, как совокупность этих отношений. Трудовое действие и познавательная активность представляют собой единое целое. Анализ труда открывает качественное своеобразие человеческого общения, роль речи как особого орудия, опосредствующего создание и использование орудий труда и становление на этой основе принципиально новых психологических структур. В российской психологии советского периода возникло направление, ключевую категорию к — рого обозначил термин «деятельность». Пионером ее разработки выступил М.Я. Басов, трактовавший человека как «деятеля в среде» и понимавший под деятельностью «предмет особого значения, такую область, к — рая имеет задачи, никакой др. областью знания неразрешимые». М.Я. Басов пригласил в руководимый им научный центр философа C.JI. Рубинштейна, труды к-рого сыграли решающую роль в том, что в отечественной психологии утвердился в качестве доминирующего принцип «единства сознания и деятельности». Отталкиваясь от представлений Басова по поводу «морфологии» (строения) деятельности, А.Н. Леонтьев разработал новаторский деятельностный подход, предложив концепцию предметной деятельности, между внешним и внутренним строением к-рой утверждаются детерминационные отношения. Тем самым заданные общественным характером труда факторы выступили в роли детерминант психической организации личности и ее развития (как в филогенезе, так и в онтогенезе). В ином ключе объяснение детерминации психики было воспринято и развито Л.С. Выготским. Макросоциальные факторы выступили у него не в форме трудовой деятельности по освоению объектов природы, а в образе общения, опосредствованного знаками, значениями и др. ценностями культуры. Поскольку общение является изначально межличностным, то, отграничив социальное (в виде понятий о производственных отношениях, классовой борьбе и др. постулатов аксиоматики марксизма) от духовно-куль- турных основ человеческого бытия, Л.С. Выготский в своем конкретно-научном изучении психики сомкнул макросоциальный уровень ее детерминации с микросоциальным.

Когда групповое действие и сотрудничество вошли в психологию в качестве новых детерминант, это привело к новым поворотам в развитии идеологии психического детерминизма. За исходное сейчас принимается социальный опыт, общение, объективное взаимодействие индивидов, эффектом к-рого становится его субъективная проекция. Такой взгляд стал отправным для новой формы психического детерминизма как механизма преобразования социальных отношений и действий во внут — рипсихические. Силы, движущие ребенком, даны в независимой от его сознания системе отношений. К этим силам относятся «чужие голоса» — управляющие его дей — ствиями команды др. лиц. Постепенно эквивалентом «приказывающей матери или няньки» становится образ «Я», обладающий собственным голосом. За индивидуальной волей и индивидуальным сознанием скрыта ин — териоризированная субъектом полифония чужих голосов и команд, т. е. система микросоциальных отношений. По аналогии с орудиями труда, направленными на внешние объекты, Выготский вводит понятие о знаках как психологических орудиях. Они опосредуют внимание, память, мышление и др. функции, к-рые появляются сперва в общении между людьми, а затем становятся внутрипсихическими. В категориальный аппарат психологии внедрялась категория отношений, как бы подтверждая положение Маркса о том, что «мое сознание есть мое отношение к среде», прежде всего к социальной. Наметившийся у Л.С. Выготского постулат о том, что это отношение опосредовано знаками, придало разработке психического детерминизма новое измерение. Если до него в объяснительных схемах доминировало диади — ческое отношение: социальное — индивидуальное, то при обращении к знаковым системам, в к-рых воплощены системы смыслов и значений, оперирование ими (сперва во внешнем, затем во внутреннем диалоге) включало сознание еще в один (вслед за общением) объективный, независимый от сознания круг явлений, а именно в мир культуры. Он с колыбели определяет психический строй человеческой жизни. Следует помнить, что не безличностные внешние обстоятельства, а имеющая свой «сценарий» динамическая система взаимоориентаций и поступков действующих лиц — такова социальная «среда», в к-рой формируется личность как один из героев этой драмы. Здесь в драматизме общения прорисовывается иной уровень психического детерминизма, чем при «обмене» знаками, передаче информации и т.п.

Итак, психический детерминизм представлен в нескольких формах. Образ, действие и мотив служат детерминантами поведения всех живых существ, радикально меняя свой строй с переходом к человеку. Его социальное бытие порождает новый тип организации психической жизни, у к-рой появляется внутренний план, обозначаемый термином «сознание».

Выделяя П. д. в качестве осевого для категориального аппарата, следует иметь в виду, что его обособление от др. осей предпринято в аналитических целях. В реальной работе научной мысли детерминизм неотделим от др. принципов психологии.

Рубрики

Партнеры: