Лучшие чувства

Изгнание чувств

Изгнание чувств

Мы не раз уже говорили о четкой границе, разделявшей в XVIII-XIX веках интеллектуальную и эмоциональную сферу. Яркие представители эпохи Просвещения, будучи рационалистами, не доверяли чувствам; не менее яркие представители романтизма, наоборот, полагались только на них. Глядя на вещи с противоположных точек зрения, и те и другие смотрели на интеллект и на чувство как на разные формы жизненного опыта, которые не следует смешивать. Последствия этого разделения мы переживаем по сей день. Они наблюдаются на каждом шагу, принимая иногда катастрофический характер.

С помощью таких инструментов, как скептицизм и здравый смысл, философы-рационалисты стремились освободить человечество от обмана суеверий и религиозных предрассудков2. Предметом их изучения стали законы природы, поэтому все, что имело отношение к проявлению душевных переживаний: чувственное восприятие, духовные ценности, интуитивные решения и тем более убеждения, основанные на вере, — воспринималось рационалистами как опасное отклонение недисциплинированного ума. Все это пустословие и мрачные пережитки прошлого, которые и близко нельзя подпускать к храму естествознания. Путеводная звезда Просвещения Дэвид Юм с бескомпромиссной прямотой высказал кредо ученого-рационалиста: «Возьмем в руки любую книгу по богословию или школьной метафизике и подумаем, что в ней содержится. Есть ли в ней образцы абстрактного мышления? Нет. Есть ли рассуждения относительно величин и чисел? Нет. Содержит ли она эмпирические умозаключения, касающиеся явлений бытия? Нет. Говорю вам, бросьте ее в огонь, ибо в ней нет ничего, кроме софистики и обмана!»

Подобная установка означала, в частности, что в биологических науках не допускается никаких метафизических гипотез о происхождении и функции жизни. Все следовало объяснять языком чистой науки и исключительно с материальной точки зрения. Если существовали силы, не поддававшиеся логическому объяснению и строго выстроенному доказательству, скажем сила, создавшая живой мир на Земле, то исследователи даже не строили каких-нибудь предположений на их счет, так как это не входило в сферу интересов науки. Теория естественного отбора Дарвина вписалась в эти материалистические условия с убедительной элегантностью и чистотой, и последствия дарвинизма все еще сказываются во всем мире благодаря утвердившейся системе взглядов.

Подобное настроение умов наблюдалось и в гуманитарных науках: полностью отвергались религиозные идеи и все проявления трансцендентального идеализма. Первые психологи, Иван Павлов (1849-1936), Джон Бродес Уотсон (1878-1958) и Беррес Скиннер (1904-1990), приступили к изучению поведения человека способами, которые отметали все идеи о нематериальности его души. Каждый на свой лад, но все они смотрели на человеческое поведение исключительно с точки зрения социальной обусловленности, инстинкта выживания и условных рефлексов. Разработанная в 1920-х годах Скиннером теория бихевиоризма предполагает, что у людей можно формировать определенные формы поведения. В этом, несомненно, есть доля истины. Многое в нашем поведении предсказуемо и управляется социумом. Павлов в экспериментах с собаками пришел к сходному выводу: он включал звонок каждый раз, когда кормил лабораторных собак, в итоге у собак стала выделяться слюна от одного звука звонка. Ученый назвал такой тип поведения условным рефлексом. Человеческие существа тоже проявляют условно-рефлекторные реакции. Однако за последние сто лет проделан огромный объем экспериментально-исследовательской работы всех аспектов человеческого поведения в лабораториях и вне их, и результаты не дают оснований для разработки такой теории поведения человека, которая надежно прогнозировала бы его поступки в тех или иных обстоятельствах.

Зигмунд Фрейд (1856-1939) рассматривал разум как психический аппарат, связующий индивида с внешним миром. В структуре психики Фрейд выделял три компонента: Id («Оно») — фундаментальные бессознательные инстинкты человека; Ego («Я») — сознательное мышление, действующее по принципу реальности и управляющее нашими мыслями, физиологией и отношениями; и Super-Ego («Сверх-Я») — социальные нормы, моральные ценности, ощущение высшей цели, совести и сознательности.

По Фрейду, Ego существует в состоянии постоянного напряжения, потому что стремится управлять, во-первых, примитивными влечениями Id, во-вторых, моральными стремлениями Super-Ego; в-третьих, разными требованиями внешнего мира. Сохранение рационального сознания зависит от контроля над сложным взаимодействием этих разнонаправленных психологических мотивов. Соответственно, фрейдизм представляет эмоции как потенциальный источник проблем для равновесия личности.

Несмотря на сильнейшее влияние этих идей на гуманитарные науки и массовую культуру XX века, растет число психологов, педагогов, психиатров и невропатологов, отказывающихся от механистических подходов к человеческому поведению. В главе 2 я уже упоминал о таких психологах, как Джером Брунер, Джордж Миллер и Жан Пиаже. Основавшие в 1960-х годах при Гарвардском университете Центр когнитивных исследований Брунер и Миллер открыто пытались выйти за рамки бихевиористической парадигмы и исследовать внутреннюю природу разума и сознания. Еще в первой трети XX века Жан Пиаже выступал за качественно другие подходы к пониманию того, как дети и взрослые познают и чувствуют окружающий мир. Его работы наряду с трудами Брунера оказали глубокое влияние на современные теории образования.

Многие психологи, невропатологи и психотерапевты стали воспринимать отрицание чувственной и эмоциональной сфер человеческой жизни как негативистские концепции, непосредственно вытекающие из рационалистических и бихевиористических традиций. «Негативное влияние психологии» — так охарактеризовал эту тенденцию шотландский психиатр Рональд Лэйнг, и многие, подобно ему, относились к рационалистическим моделям психологии как к симптомам тяжелого заболевания общества: «Наша цивилизация подавляет не только инстинкты, не только сексуальность, но любое проявление трансцендентности».

В начале XX века появились принципиально альтернативные учения о человеческом благополучии и эмоциональном здоровье, которые к середине прошлого столетия оформились в самостоятельное течение, названное гуманистической психологией. Ее яркие представители: Уильям Джеймс (1842-1910), Виктор Франкл (1905-1997), Карл Юнг (1875 — 1961), Абрахам Маслоу (1908-1970), Карл Роджерс (1902-1987) и многие другие — внесли мощный вклад в концепции гармоничного развития чувств, духовного начала, разума и тела. Некоторые, например британские писатели Алан Уоттс (1915-1973) и Олдос Хаксли (1894-1963), стали для западного читателя проводниками в мир философских учений Востока, которому всегда было чуждо противопоставление разумного, телесного и духовного. Культурная реакция на избыточный рационализм к 1960-м годам начала оформляться в новую силу, совершившую коренные преобразования, которую британский историк и теоретик культуры Раймонд Уильямс назвал «структурой чувства» времени.

Рубрики

Партнеры: