Перед лицом перемен

Праздное общество

Праздное общество

Цифровые технологии размывают границы между домом и офисом, занятостью и развлечением. Благодаря современной технике мы можем общаться без учета часовых поясов. Вы собираетесь ложиться спать, а кто-то пришел на работу и включает компьютер. Накапливаются электронные письма. Отвечая на звонок по мобильному телефону и прерывая из-за этого другой разговор, вы пусть не напрямую, но даете понять собеседнику, что звонок для вас важнее, чем беседа лицом к лицу. У меня найдется не так много знакомых, которые работали бы сегодня меньше, чем десять лет назад. Кто-то из них стал работать быстрее и более напряженно.

На нас ежедневно обрушивается беспрецедентный поток новостей и информации, и мы ощущаем потребность быть в курсе всего. Известный британский журналист вспоминал свою молодость в службе новостей на радио. Он начал работать на ВВС в 1930-е годы, когда еще не было регулярных сводок новостей. В первую неделю его работы запланировали новостной эфир, и он приехал в студию, чтобы следить за трансляцией. Диктор сидел у микрофона и ждал окончания отсчета времени; затем мрачно провозгласил: «С вами Лондонская служба ВВС. Сейчас час дня. Новостей нет». В те времена к новостям относились как к чему-то экстраординарному — и только в таких случаях начинали их трансляцию. Сравните это с нашим насыщенным новостным пространством, где множество каналов самых разнонаправленных средств массовой информации вещают 24 часа в сутки. Дело не в том, что сейчас в мире происходит больше событий, чем в 1930-е годы. Просто существующая индустрия новостей настолько ненасытна, что транслирует, а подчас и порождает свежие новости круглые сутки, повышая собственную прибыль. Все это способствует общему ощущению кризиса, пронизывающему культуру XXI века.

Руководитель высшего ранга одной крупнейшей нефтяной компании сказал мне, что рождественское настроение, когда-то начинавшееся в середине декабря и длившееся до середины января, окончательно ушло из его жизни. Сегодня люди назначают деловые встречи даже в рождественские дни, и все возвращаются к рабочему ритму уже на первой новогодней неделе. По признанию моего собеседника, «стандарты жизни стали выше, но качество ее снизилось по сравнению с тем временем, когда я только начинал свой бизнес». Между тем многие люди вообще не имеют работы. Но это уже другая тема, к которой я вернусь в главе 3.

Предчувствие будущего

Американский социолог и футуролог Элвин Тоффлер опубликовал свою революционную книгу «Шок будущего» («Future Shock») в 1975 году. Психологам хорошо знакома идея культурного шока. Прежде всего, он случается с людьми, которые оказываются в чуждой им среде, где отсутствуют привычные для них ориентиры: язык, ценности, пища, одежда, социальные ритуалы. Политические беженцы и экономические мигранты, переехав в другую страну, могут переживать культурный шок. Этот опыт оказывает глубокое дезориентирующее влияние и в крайних случаях даже приводит к психозу. Тоффлер увидел подобное общемировое явление в последствиях быстрых социальных изменений, катализируемых развитием технологий. Он утверждал, что слишком быстрое погружение в незнакомую культуру может оказывать такое же травмирующее воздействие на людей. Роль играет не сам факт перемен, а их темп и масштаб.

Наше время высвободило абсолютно новую социальную силу, о которой Тоффлер пишет: «Поток перемен настолько ускорил свой ход, что полностью влияет на наше чувство времени, коренным образом ломает темп повседневной жизни и сказывается на нашем восприятии окружающего мира. Мы больше не ощущаем течение жизни так, как люди в прошлом. И это основное, что отличает наших современников от предыдущих поколений». В этом ускорении, по мнению Тоффлера, «кроется непостоянство и быстротечность, проникающие и пропитывающие наше сознание, радикально влияющие на наши отношения с людьми, на нашу связь с вещами, со всем миром идей, искусства и ценностей». Интересно, что в 1970-х годах, когда Элвин Тоффлер развивал свои апокалипсические взгляды на темп социальных изменений, еще не существовало ни персонального компьютера, ни, тем более, Интернета. «Шок будущего» написан на обычной механической печатной машинке.

Заглядывая вперед

В XXI веке человечество поджидают самые сложные проблемы. Лучшее, что мы можем сделать для их решения, — развивать свои уникальные творческие и изобретательские фантазии. Самая главная опасность для нас — столкнуться с будущим, не вложив все, что можно, в собственные созидательные возможности. Развитие их должно стать приоритетным направлением в образовании и обучении. Образование — это ключ к будущему, и ставки едва ли могут быть выше. Великий швейцарский психолог Жан Пиаже в 1934 году сказал: «Только образование может спасти наше общество от вероятного разрушения, внезапного или постепенного». История подтверждает это множеством примеров. В ходе сравнительно короткого существования людей на Земле появлялись и исчезали великие общества и целые цивилизации. Мы строим нашу собственную культуру не только на достижениях тех, кто был до нас, но и на их руинах. Писатель-фантаст Герберт Уэллс предвосхитил мысль Пиаже, но высказал ее в более жесткой форме: «Человеческая история все больше напоминает гонку между образованием и катастрофой». Все свидетельствует о том, что Уэллс и Пиаже были правы. Однако наша проблема лежит в несколько иной плоскости: во многих случаях современные системы образования сами оборачиваются катастрофой. Далекие от того, чтобы смотреть в будущее, слишком часто они упрямо обращены в прошлое.

Рубрики

Партнеры: